Menu

Анна Рыль: Как не попасть в трудовое рабство и что делать, если вдруг там оказались

Анна Рыль: Как не попасть в трудовое рабство и что делать, если вдруг там оказались

Оказаться в чужой стране, да еще и без документов и денег – ситуация неприятная, но она становится и вовсе безвыходной, когда человек оказывается в трудовом рабстве. Как правило, героями таких историй часто становятся трудовые мигранты. Едут на заработки, а в итоге оказываются обманутыми. В кризисном центре помощи «Қорғау» о таких случаях знают не понаслышке. Это одно из мест, куда мигранты могут обратиться за реальной помощью.

Мы поговорили с директором центра Анной Рыль, что делать мигрантам, которые оказались в трудной ситуации, куда обращаться и на какую помощь рассчитывать. Периодически наш разговор перебивают телефонные переговоры Анны. Работа не отпускает – очередное дело трудового мигранта. Гражданин России провел почти 18 лет в трудовом рабстве на юге Казахстана. Приехал на заработки – оказался вдали от цивилизации, на ферме, откуда его не отпускали. Теперь волонтеры пытаются отправить его домой. Для начала нужно встретить поезд Алматы – Нур-Султан. Затем отправить мигранта сдать тест на коронавирус в столице, потом дождаться результатов и со всеми необходимыми документами помочь ему пересечь границу.

«Паспорт – средство манипуляции»
– Анна, расскажите, насколько трудовые мигранты защищены казахстанским законодательством?
– Вообще, изначально любой мигрант, приезжая в любую страну, находится всегда в уязвимом положении. Почему? Потому что у него недостаточно знаний языка, часто граждане Узбекистана или России, не зная казахского языка или не зная русского языка, попадают в сложную ситуацию. Это первый момент. Второй момент – удержание паспортов. У нас повсеместно работодатель паспорта работников держит при себе. Человек не может сам себя пойти и зарегистрировать, должен прийти работодатель, дать свое согласие и якобы для регистрации он забирает этот паспорт, а после не возвращает.
Сколько мы работали с мигрантами, у 90 процентов паспорта находятся у работодателя. Паспорт – это средство манипуляции. В России, если полиция доказывает, что паспорт лежит у работодателя, это основание для возбуждения дела в отношении работодателя. У нас, например, я не видела, чтобы была какая-то защита работника. Есть удержание, но работодатель говорит: он же мог уйти. Нет, не мог, потому что паспорт у вас! В чужой стране не может человек уйти, если у него на руках нет паспорта и денег, он находится в зависимом положении.
Из последних случаев: граждане Узбекистана обратились в свое посольство, а посольство – к нам. Две женщины регулярно приезжали в казахстанское кафе работать, поехали и в этот раз, но хозяин, который раньше платил, вдруг перестает им платить и не отдает паспорта, говорит: вы можете уехать, но вместо себя должны кого-нибудь найти. Это классический пример торговли людьми. Мы туда выехали с участковым, хозяин сразу все отдал: деньги, паспорта. Женщины отказались от дальнейшего заявления, просто забрали свои паспорта.
– Работодатели объясняют, зачем им паспорта?
– Они, как правило, не объясняют, делают виноватыми всегда мигрантов. Не так работали, разбили какую-то посуду, должны денег – находят оправдания. Он им отдал документы, и девушки в этот же день сразу же уехали. Конечно, работодатели заинтересованы в дешевой рабочей силе, конечно, хотят не платить за это, но чтобы кто-то ухаживал за скотом. И права мигрантов не соблюдаются, потому что их обманывают, им вообще иногда даже не делают регистрацию. В этом случае человек подлежит депортации или штрафу. И доказать, что это произошло по вине работодателя, очень сложно. Права не соблюдаются еще и в том, что у любого человека по договору должен быть 8-часовой рабочий день, выходной, доплата за переработку, у мигрантов этого в принципе нет. На работу они выходят намного раньше, чем это были бы местные граждане, намного позже заканчивают, работают в субботу-воскресенье, и ни о какой доплате речи нет. Даже вот по тем гражданкам Узбекистана: одна была посудомойкой и официанткой, вторая была кухаркой. И они вдвоем обслуживали придорожное кафе, которое работало практически круглосуточно. Конечно, работодателю очень удобно: хороший доход и минимум трат.



«Продолжительное время у нас нет уголовных дел, доведенных до суда»
– Когда вы обнаруживаете такие случаи, что дальше происходит с работодателем?
– Что касается трудовой эксплуатации, уже продолжительное время у нас нет уголовных дел, доведенных до суда. Часто мигранты отказываются от заявлений, хотят быстрее вернуться домой. Обычно пишут заявления наши граждане или те, кто был в эксплуатации очень долго, потому что они хотят получить какую-то оплату. Большинство из тех, кто был в трудовой эксплуатации,  хотят вернуться домой, потому что дома семьи остались одни, им уже ничего не надо, лишь бы выйти из этой ситуации быстрее. Тут тоже требуется изменение в законодательстве, потому что само понятие «эксплуатация» не прописано четко.
Когда следствие ведет уголовное дело, есть определенные маркеры, по которым статья доказывается. Зная эти признаки, эксплуататоры не делают явных вещей, за которые их могли бы привлечь, однако не явные, а другие методики удержания человека есть. И самое удивительное, в карантин у нас увеличилось количество обращений. Многие из них находятся в сельских регионах. Я считаю, необходимо проверять отдаленные районы, фермерские хозяйства.
– Чаще всего кто обращается за помощью? Иностранцы или местные?
– Раньше было 80 процентов иностранцев, сейчас процентов 60 – местные граждане. Иностранцы чаще стали вовлекаться в сексуальную эксплуатацию. Некоторые гражданки, конечно, знают, зачем едут, но, когда они едут, им обещают одни условия, а по факту – другие. Нужно сказать, что мы ощущаем общее обеднение. Раньше у нас было много мигрантов, которые работали на граждан Казахстана, сейчас мы видим граждан Казахстана, работающих на граждан Казахстана, и граждан Казахстана, выезжающих на заработки за рубеж.
– С какими проблемами к вам обращаются чаще всего?
– Мы очень много сейчас документируем тех, кто без документов. Это в основном взрослые люди, которые в свое время не сделали удостоверение личности или приехали в Казахстан с красным паспортом (СССР – прим. автора), остались здесь, и почти все из них были в разное время в трудовой эксплуатации довольно продолжительное время. Люди без документов и без прописки – одна из самых уязвимых групп. Бывает, работодатель специально теряет паспорт: упустил срок регистрации и целенаправленно потерял документ работника, выбросил. Хорошо, когда мы это доказываем, и полиция может его привлечь, но чаще всего это недоказуемо.
– Когда к вам попадает трудовой мигрант без документов, каковы ваши дальнейшие действия и сколько по времени занимает восстановление паспорта?
– Хорошо, если есть работодатель, у которого спрятан документ работника. Мы можем пригласить сотрудника полиции, вместе с ним поехать к работодателю, объяснить, что удержание чужих документов – это незаконная мера, поэтому, пожалуйста, верните. Как правило, люди возвращают документы. Но, к сожалению, сами мигранты не всегда последовательны, получив документы, стараются быстрее уехать. Для нас было бы лучше, если бы они доводили дело до суда. Но знаете, в чем проблема, в том, что следствие длится два месяца. Это очень долго. Человек ждет два месяца, за эти два месяца хорошо, если его вызовут и опросят, затем дело передают в прокуратуру, в прокуратуре еще недели две изучают: вернуть на доследование или нет. И потом только передают в суд. Из-за того, что процедура очень долгая, люди не всегда соглашаются ждать, оставаться здесь на легальных или нелегальных условиях, и поэтому стараются вернуться домой. Если, допустим, пришел к нам мигрант и говорит: у меня нет документов, и у работодателя тоже нет документов, в этом случае мы узнаем, гражданин какой он страны, обращаемся в посольство этой страны, получаем документ на возвращение на родину.
– Как долго эта процедура длится?
– Если у человека есть какие-то документы, доказывающие его личность и принадлежность к этому гражданству, то в течение месяца. Но бывает, что у человека очень давно утеряны документы, и тогда он сначала получает справку, гражданин ли он этой страны, эту справку ждем от месяца и до полугода. На основании этой справки он получает вид на жительство. У нас была гражданка Молдовы, справку мы ждали 9 месяцев, потому что посольство Молдовы находится в Москве.
– Все это время они живут в кризисном центре?
– Как правило да. Потому что у людей нет жилья, нет заработка и нет здоровья.
– На сколько человек рассчитан кризисный центр?
– На 25 мест. Иногда бывает, что мы берем жертв бытового насилия, иногда мигрантов, которые оказались в трудной жизненной ситуации. Потому что невозможно человека оставить на улице. Если говорить не о трудовой эксплуатации, то мигранты здесь попадают и в другие страшные ситуации. К примеру, у нас был мужчина из Болгарии, которого разбил инсульт. И его сожительница пыталась за ним ухаживать, но, так как это было непрофессионально, он тихо угасал, и когда они обратились к нам, он был уже тяжелый. Мы обратились в больницу, и там тихо человек умер. Приходила к нам женщина, у нее не было документов, соответственно, она не могла обратиться за медпомощью, у нее уже была распухшая гниющая нога.
– Минздрав уверяет, что экстренную помощь в нашей стране оказывают всем без исключения!
– Только экстренную, а гниющая нога – это не экстренный случай! Мы смогли договориться, положить ее в больницу, там ей срочно ампутировали ногу. Но ей не помогло это, у женщины развивалась тяжелая форма сахарного диабета в течение долгого времени. С медицинской помощью у нас проблемы. Даже с родами. Не так давно у нас родила гражданка Филиппин. Больница выставляет счет в миллион тенге, мы вмешиваемся – сумму уменьшают до 500 000. Посольство Филиппин дает гарантийное письмо, что обязуется эти деньги выплатить, сейчас идут переговоры, и вскоре клиника получит деньги. Однако юрист этой больницы пришел к ней домой в 9 вечера, хотел передать ей письмо о том, что они подадут на нее в суд и взыщут проценты и пеню, если она не заплатит прямо сейчас. Медицина вообще никак не входит в положение людей. Поведение юриста мне непонятно. Для чего эту женщину доводить и всех дергать, для чего демонстрировать все свои возможности, если у вас есть гарантийное письмо от посольства? Они же просят определенное время. Мне кажется, мы должны сами себя уважать и окружающих. Много раз было у нас такое, что мигранту требуется медицинская помощь. А если умер человек – очень сложно доставить на родину тело, а еще, если это мигрант – морг платный.
– Ваши услуги для мигрантов платные?
– Все, что касается мигрантов, мы проводим бесплатно, документирование, консультации.



«Становилось все хуже и хуже»
– Скажите, как карантин отразился на мигрантах, работающих в Казахстане?
– Вообще, карантин, особенно первый, очень сильно ударил по мигрантам, потому что мигранты разом потеряли работу. Не у всех были какие-то запасы средств. Многие не могли платить за жилье, не могли покупать продукты. У нас была работа с двумя гражданами Узбекистана, которым работодатель не хотел выплачивать деньги, вмешалось посольство. Деньги выплатили, но очень маленькую сумму, люди попытались вернуться домой, но не смогли, потому что границы между областями были закрыты, стояли блокпосты.
Мы помогали через международную организацию по миграции этим двум ребятам снимать жилье, помогали продуктами, их родители звонили и благодарили нас. Для этих ребят было самое ужасное, что после трудовой эксплуатации они не могли приехать в Астану, чтобы улететь домой. Много у нас в приюте тогда оказалось людей. Были мигрантки – жертвы домашнего насилия. Она – гражданка Узбекистана, он – гражданин Казахстана, избивал ее. Мест не хватало, мы арендовали рядом помещение.
Было очень много людей – 60 человек было в первый карантин. Никто абсолютно не был к нему готов: мест не хватало, финансирования не было, финансирование и помощь мы получили позже, когда это все стало рассасываться. А первый месяц – апрель и до середины мая – было катастрофически тяжело. Многие мигранты жили стройкой, кафе. И думали, что они сейчас переждут ситуацию и все заработает, а все никак не открывается и становится все хуже и хуже.
– Были случаи, что, наоборот, с вами связывались ваши коллеги из-за рубежа, что помощь нужна казахстанским мигрантам?
– Не часто, но были такие случаи. Мы помогали девушке из Турции вернуться. У нее паспорт был порван, она была в сексуальном рабстве. Из Кореи помогали мужчине вернуться. Наш соотечественник предложил ему поехать в Корею на заработки, тот ему заплатил за поиск работы, за билет. Начали работать, он там заболел и захотел домой. Посредник сказал: у меня нет денег, и билет я тебе не могу купить – твои проблемы. Хочу обратить внимание: билеты надо покупать только самому и держать их всегда при себе, чтобы никто не мог вами манипулировать.
Мы оказывали поддержку не только трудовым мигрантам, помогали вернуться на родину девушке, которая была замужем за гражданином Турции и была вынуждена взять в охапку детей и бежать. Он применял насилие в отношении нее. Ей удалось добраться до консульства вместе с детьми, консул оказала содействие, выдав документ, потому что паспорт муж спрятал.
– Что можете посоветовать трудовым мигрантам? Как им обезопасить себя?
– Во-первых, не ехать наобум, часто приезжают, надеясь на кого-то, что кто-то им работу найдет. Вот эти самые посредники очень часто и обманывают, особенно это касается Узбекистана. Посредники из Узбекистана очень часто берут предоплату за устройство на работу, за дорогу. Но обязательства свои не всегда выполняют. Если вы собрались ехать в Казахстан, нужно узнать все о человеке заранее, страницу его посмотреть в интернете. Второй момент, нужно настоять, чтобы вас легально зарегистрировали, потому что легальная регистрация даст возможность прикрепления к адресу, поликлинике, возможность не быть депортированным.
Легальный статус – это самое важное, что может быть на период нахождения в Казахстане. У нас законодательство миграционное очень жесткое. А чтобы не попасть в трудовое рабство… Вообще, изначально, когда вы едете в непонятное глухое место, где мало людей, вы уже рискуете – это однозначно. Но при этом люди попадают в рабство не только на ферме, они и в кафе попадают в рабство, на стройке. Если вам не отдают паспорт, если условия вас не устраивают – надо прекращать работать.
– Куда идти?
– В полицию или к нам. Лучше сразу в полицию.
– А если мигрант попал в беду не в столице?
– У нас 15 центров помощи по Казахстану. И даже если мы в каком-то из регионов не сможем оказать помощь, мы найдем партнера.
Хочу отметить, что сейчас политика государства нацелена на работу с мигрантами. Президент обратил свое внимание на вопросы борьбы с торговлей людьми, на вопросы миграции. Если сейчас не предпринимать комплексные меры, ситуация ухудшится, карантин нанесет необратимый вред экономикам многих стран. И, соответственно, люди будут вынуждены мигрировать. И если сейчас мы не урегулируем эти вопросы, то в дальнейшем мы как снежный ком получим проблемы.
* * *
Пока мы разговаривали, гражданина России благополучно встретили на столичном вокзале и повезли сдавать анализы на COVID-19. Когда материал готовился к выходу, мигрант после 18 лет трудового рабства смог вернуться на родину.
Центр помощи «Қорғау»: г. Нур-Султан, Абая 92/3
Анна Рыль 8 702 892 97 77

Данная публикация была подготовлена при финансовой поддержке Европейского Союза. Содержание данной публикации является предметом ответственности авторов газеты “Наша жизнь” и не отражает точку зрения Европейского Союза.

Последнее изменениеЧетверг, 12 ноября 2020 10:14
Наверх
Assembled by Nebel