Среда, 17 апреля
Меню

Год за пять: самый молодой аким о ЧС в Экибастузе

  • Ольга Воронько
  • 146
Год за пять: самый молодой аким о ЧС в Экибастузе
Фото из соцсетей

35-летний Аян Бейсекин сменил на должности акима Экибастуза самого невезучего чиновника. Его рассказ записал Ratel.kz.

Начало здесь.

Аян Бейсекин. Фото из социальных сетей

Назначение Бейсекина – самого молодого акима города в стране — состоялось 16 августа прошлого года, а 27 ноября в Экибастузе грянула коммунальная катастрофа. Перед Бейсекиным городом горняков руководил герой наших публикаций Ардак Кантарбаев, которому ни на одной его должности не везло с подчиненными — те вечно творили что попало. Испытывая хроническую проблему с коммуникациями во вверенных ему коллективах, Кантарбаев понятия не имел – как идет подготовка к зиме, и отчитывался, что на ТЭЦ с теплосетями все хорошо.

— Всё кувырком идет, потому что нет никакой надежности в работе станции, мы фактически живем на этой ТЭЦ, и в любой момент что-то может случиться, — описал сегодняшнюю ситуацию в городе Аян Бейсекин.

Вы сейчас самый молодой аким города в стране, не страшно?

— Биологически, наверное, да, а если мы говорим физически, я получил значительный износ за эти полгода, поэтому не считаю себя самым молодым. Год за пять.

— Вы закончили Евразийский национальный университет им. Л.Н. Гумилева по специальности «Бакалавр государственного и местного управления» и по программе «Болашак» Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова по специальности «Магистр государственного управления». В этих вузах учат, как действовать в коммунальных катастрофах?

— Любое образование, казахстанское или заграничное, очень сложно применимо на практике. Но любое образование дает расширение мировоззрения, внутреннюю уверенность и в целом бэкграунд в плане интеллектуальных способностей. Это, наверное, помогает в стрессовых ситуациях принимать решения быстрее и правильнее. А говорить о том, что я готовился именно к кризисной ситуации в теплоснабжении того или иного города, точно нельзя.

В условиях ЧС все наши решения были нестандартными, шаблоны здесь не подходили, в пиковое время на сетях единовременно работала тысяча человек. Отремонтировано более 18 километров сетей теплоснабжения, за последние десять лет столько не ремонтировали, сколько за последние два месяца. Нужно было размещать людей, обеспечивать их оборудованием, качественным питанием и обмундированием в условиях минус 33 градусов. На проблемном участке в микрорайоне 5А, где была значительная потеря воды, люди восемь дней просидели без тепла, потом его дали, дома еще не успели толком нагреться, как случился порыв трубы в новом месте, а там протяжённость немалая, около 200 метров.

Опытные тепловики сказали, что опять нужно отключать микрорайон как минимум на восемь часов, опорожнять всю систему отопления, и заполнение потом десять часов займет. Это могло привести к повторной разморозке. Штаб тогда уже возглавлял первый вице-премьер Роман Скляр, он сказал: мы не можем снова подвергать жителей таким испытаниям, ищите другой выход. И сам придумал: давайте сделаем байпас. Хотя он не теплоэнергетик, а строитель. Но с большим опытом работы. Байпас — это такой резервный путь, когда участок основной трубы отсекается от водоснабжения при помощи задвижек. Резервную трубу проложили поверху — когда еду на работу — все время ее вижу. Летом, как отремонтируем основную, эту уберем, чтобы глаза не мозолила.

Креативить пришлось и с исторически проблемными кольцевыми домами, где сети перегружены, а их в городе, к сожалению, много. После аварии экстренно меняли им схему подведения тепла. Приходилось брать на себя ответственность, потому что в зимний период переврезать дома и тянуть по полкилометра сетей рискованно.

— Это было полулегально?

— Вообще нужно делать проект. Но у нас же стояла задача вытащить город из теплового кризиса. Думаю, это особая миссия, главное, чтобы у нас получилось дойти до конца. Вообще, у меня жизнь в Экибастузе разделилась на «до» и «после». Сначала думал, что о каких-то суперкреативных решениях даже мечтать не придется. После назначения, до аварии, первое, что я понял — относительно всех моногородов нашей страны — здесь до сих пор мало элементарных благ цивилизации. Из 279 дворов, которые имеются в городе, почти 200 не благоустроены: не асфальтированы, нет детских площадок, после дождей людям приходится чуть ли не в бахилах на улицу выходить. Не было от слова совсем внутриквартального освещения, и так далее.

— Но есть же комплексный план развития Экибастуза на 2021 – 2025 годы из 114 мероприятий стоимостью 932 миллиарда тенге.

— Да, этот план многое уже включал, но более 80 процентов мероприятий там касается частных инвестиций.

— У вас самого дома какая температура была после аварии?

— 14 градусов было весь декабрь и январь, а иногда 12. У меня мелкие две крохи по десять раз переболели, сейчас уже закаленные. Обогреватель у меня один, но большой и мощный – 3,5 киловатта, везде его с собой вожу. Где обогреватель, там мой дом. Включали его и жили все в одной комнате, чтобы было теплее. Супруга включала, потому что меня-то дома не было. За свет, по словам жены, в декабре заплатили 18 тысяч.

— Что вы думаете про идею поднять в Экибастузе тарифы выше, чем всем в Казахстане? Решение примут в Астане, а бить придут вас.

— Мы свою позицию высказали, что мы – против радикального повышения тарифов, этого быть не должно. О каких тарифах мы сейчас можем говорить, когда у нас станция чихает. Думаю, будет какое-то оптимальное решение. Это же еще и вопрос кадрового обеспечения станции – там более 30 процентов недоштата на сегодняшний день. Из-за маленьких зарплат все толковые кадры уходят на другие градообразующие предприятия, в Экибастузе конкуренция работодателей-то высокая. Никакой тариф не даст возможности за год привести в порядок систему теплоснабжения города. Поэтому здесь нужны нестандартные решения.

Что жена говорит о вашей должности акима города?

— Просит больше не пропадать из дома на два месяца.