Menu

Учиться жить в условиях пандемии

Учиться жить в условиях пандемии

Пока не похоже, что ситуация с коронавирусом кардинально меняется в лучшую сторону. И непонятно, сколько времени займет доработка вакцин, чтобы говорить о том, что общество, защитившись от инфекционной угрозы, вернется к нормальной, доковидной жизни. Поэтому в соцсетях продолжают циркулировать различные «страшилки», а учебные заведения всех уровней думают, как продолжать обучение в условиях пандемии. Об этом и не только читатели газеты «Наша жизнь» задавали вопросы на «Горячей линии» с компетентным человеком - Марал Бейсетаевной Айтмагамбетовой, старшим преподавателем кафедры языков, литературы и журналистики Инновационного Евразийского университета.

– Недавно разоблачили фейк о якобы распылении химвещества с воздуха. Официальные лица информацию опровергли. А журналисты уточнили – на фото, которое распространяли в соцсетях, изображен не наш, а американский самолет, тушивший лесные пожары в США несколько лет назад. Красное вещество показывает, где уже прошли тушения. Что еще имеет значение при фактчекинге: время, место, детали?
– Фактчекинг – проверка фактов на достоверность. Мы знаем, что с фактами не поспоришь, но можно их исказить, утаить с целью манипуляции. Фактчекинг связан не только и не столько с фейками. Например, при помощи фактчекинга отслеживают политические обещания. Если говорить о работе с фейковой информацией, в частности, фотографиями и видеофейками, которые пользователи активно распространяют в социальных сетях и мессенджерах, нужно обращать внимание на многое. Ресурс, с которого прислано фото, отдельные детали, качество фотографии. Если фото распространяется в социальных сетях, посмотрите на первоисточник. Что это за аккаунт, как давно он создан. Сомнительный фотофакт можно проверить через специальные ресурсы, в частности, через сервисы Google, которые позволяют определить, «всплывала» данная фотография раньше (часто в связи с другими событиями) или нет.
– Как воспринимать и различать информацию, в которой ты не специалист? Например, медицинские данные?
– В первую очередь читайте материалы из авторитетных СМИ. Не будьте всеядны, фильтруйте информационный поток. Аудитория, как правило, полагается на мнение экспертов. При этом важно, чтобы комментарий был не от «диванного» эксперта, которых мы часто встречаем в социальных сетях: сегодня он специалист в экономике, завтра – в медицине. Посмотрите на его предыдущие выступления. Лучше, если в материале даются дискуссионные мнения нескольких экспертов. Когда вы увидите разные взгляды на ситуацию, тогда больше шансов разобраться, даже если вы не специалист. В принципе, можно самому проверить и сопоставить информацию, но это требует времени и высокой мотивированности.
– Есть какая-то ответственность за распространение недостоверной информации?
– Конечно. Причем, такую ответственность несут не только журналисты, но и обычные граждане. Мы часто распространяем непроверенную информацию и подвергаем себя угрозе наказания. Согласно закону распространение заведомо ложной информации может наказываться не только штрафом, но и ограничением свободы. Помимо правовых норм есть еще и общечеловеческие. В условиях пандемии и состояния тревоги мы должны особенно осторожно относиться к распространению непроверенной информации. К примеру, фейки о распылении биохимического оружия, которые многие рассылали в мессенджерах, сеют панику среди населения и дестабилизируют общество.
– Что является распространением дезинформации: когда кто-то ее придумал и с какой-то целью опубликовал, или когда просто где-то прочитал/увидел и передал другому?
– Что такое дезинформация? Это ложная или неточная информация, которую создают и злонамеренно распространяют с целью ввести в заблуждение и причинить вред. В таком случае мы в первую очередь говорим об источниках – тех, кто ее придумал и намеренно распространяет. Если говорить о казахстанском правовом поле, понятие «распространение» заведомо ложной информации в законе не раскрывается. Однако указание на заведомую ложность данной информации, на мой взгляд, показывает, что ответственность должны нести авторы информации, не соответствующей действительности.
– В одном из изданий несколько дней назад медики перепутали данные пациентов и дали официальную информацию о совсем другом человеке. После все уточнили и принесли извинения. Журналисты опубликовали материал с разъяснениями. Как быть журналисту и читателю, когда ошибся спикер и эксперт?
– В любом случае журналист должен исправить информацию, не соответствующую действительности. Однако иногда есть возможность минимизировать вероятность таких ошибок – это стремление перепроверить информацию, даже из официальных источников, обращение к нескольким спикерам. Если ошибочная информация опубликована, аудитория обязательно должна узнать об ошибке. Для журналиста же это повод задуматься о доверии к эксперту или конкретным источникам информации.
– Стоит ли прислушиваться к высказываниям известного человека (артиста, певца, телезвезды, писателя и т. д.), который делает заявления не в сфере своей компетенции?
– Лидеры мнений и медиафигуры – это возможность для СМИ повысить рейтинги издания. На мой взгляд, они не могут выступать экспертами вне сферы своей компетенции, однако имеют право высказать свою гражданскую позицию по тому или иному вопросу. В таком случае профессиональный выбор журналиста – публиковать такой комментарий или нет.


– Расскажите поподробнее, как будет проходить обучение на журфаке в этом году? Были ли вступительные экзамены?
– У нас буквально вчера закончились творческие экзамены, которые из-за ситуации с ковидом проходили дистанционно, с использованием программы Зум. Абитуриенты не писали традиционное эссе, а решали кейсы, чтобы мы понимали, что они действуют самостоятельно. Задания включали в себя неоднозначные ситуации, касающиеся журналистской деятельности. Ребята должны были предложить свои решения. К примеру, есть школьная газета, основное направление которой – освещение жизни школьников, их хобби, достижения и так далее. Администрация школы в связи с юбилеем учителя в очень настойчивой форме предложила к публикации статью о юбиляре, которая была написана не в стиле издания. И нужно было выйти из этой ситуации, когда материал не вписывается в формат издания, но есть давление «сверху». И было предложено несколько вариантов ответа, в том числе и «отказаться», как должны, по идее, поступать журналисты. Решения кейсов не подразумевают знаний законов, нормативных актов, так как этому будущие журналисты научатся в процессе обучения, нам важно общее понимание ситуации и умение видеть ее с разных сторон. К примеру, один из абитуриентов предложил свой выход из ситуации – он отказался публиковать предложенный материал, но для того, чтобы не портить отношения с администрацией школы и использовать достойный информационный повод, предложил написать о юбиляре статью в другом ключе, отвечающем формату издания. То есть проявил гибкость и вышел из трудной ситуации без потерь, скорее даже наоборот. Таких абитуриентов мы рады приветствовать в числе студентов.
– Обучение будет проходить дистанционно? И как вы оцениваете качество такого обучения?
– Что касается формата обучения с 1 сентября, то этого сейчас никто не знает. Понятно одно: дистанционные технологии будут активно использоваться. Но они и раньше, до пандемии, в нашем вузе регулярно использовались, так как у нас есть студенты с особыми потребностями, есть студенты, которые часто уезжают на соревнования, просто заболели. Чтобы не прерывать процесс обучения, не тормозить его, у каждого есть доступ в «личный кабинет», где находятся различные мультимедийные лекции, презентации, практические занятия по дисциплинам. Можно с помощью «личного кабинета» выполнять и задания СРС, но только если студент официально имеет право использовать удаленные технологии. В остальных случаях он просто сдает СРС тогда, когда может прийти на занятия. Он не отстает от учебного процесса.
Дистанционное обучение другое, да. Но качество обучения больше зависит не от его формы, а от того, насколько студент готов взять те знания, которые ему дает преподаватель. Можно прийти на лекцию и тупить в смартфон, сидя на задней парте, а можно учиться дистанционно и при этом тесно взаимодействовать с преподавателем, в полной мере используя предложенные инструменты и знания. Когда приходят первокурсники, меня часто спрашивают: когда вы нас начнете учить писать? Я говорю, что этому научить невозможно. Вы должны писать сами, а мы будем работать над текстом, осваивать приемы, технологии. Вообще, современный студент другой, он не готов выслушивать скучные лекции в традиционном формате. Поменялось мышление, принцип восприятия информации. Сейчас больше смотрят ролики в ютьюбе и гораздо меньше читают, у них «клиповое» мышление. И мы под них подстраиваемся, так как если в лекции нет каких-то иллюстративных материалов, нет видеовключений – все, мы студента потеряли.
– Обязательно ли наличие навороченных гаджетов, чтобы нормально обучаться дистанционно? А если студент не может их себе позволить, он будет отставать?
– По большому счету студенту необходим обычный смартфон, который поддерживает функцию выхода в интернет. Потому что без интернета дистанционно обучение, конечно, невозможно. Мы советуем использовать еще и компьютер, чтобы в нормальном качестве видеть материал, потому что на телефоне изображение мелкое, можно испортить зрение. Но зачастую студенты пользуются именно смартфоном.
Ирина КОВАЛЁВА, Елена ВАСИЛЬЧЕНКО, «Наша Жизнь» №26, 16.07.2020г.

Данная публикация была подготовлена при финансовой поддержке Европейского Союза. Содержание данной публикации является предметом ответственности авторов и не отражает точку зрения Европейского Союза.

Последнее изменениеПятница, 17 июля 2020 09:03
Наверх
Assembled by Nebel