В результате у женщины нарушилась свертываемость крови, пришлось удалять матку, пошел сепсис, отказывали почки, кишечник, сердце, легкие
У Дамиры К. это были вторые роды. Обе беременности протекали без каких-либо патологий, но во второй раз на 38 неделе УЗИ показало тазовое предлежание плода, то есть малыш располагался в матке не головкой ко входу, а ножками или попой. Ничего страшного в этом нет, у меня лично со старшим сыном была точно такая же история, и врачи сказали, какие делать упражнения, чтобы ребенок перевернулся. Но Дамире вместо того, чтобы повернуть малыша внутриутробно, акушер-гинеколог высшей категории Даулет Каримов назначил кесарево сечение. Про Каримова, если что, это не мои дилетантские выводы, а заключение ассистента кафедры хирургии, акушерства и гинекологии павлодарского филиала НАО «Медицинский университет Семей» магистра Эльмиры Гасановой, передает Hronika.kz.
Вообще, ситуация со второй беременностью Дамиры показывает, во что превращаются наши городские больницы в провинции. Все делается лениво. Последнее УЗИ Дамире было проведено 10 февраля этого года, а написали, что 10 января, и затем все последующие медики это тупо копировали. Перед операцией кесарева сечения пациентке сделали пробы и выяснили, что у нее аллергия на цефазолин, ампициллин и Цеф III. После чего с целью профилактики гнойно-септических осложнений назначили… все эти три антибиотика, причем одновременно. Но самое страшное было после операции, которая закончилась 18 февраля в 20.10.
После кесарева сечения женщину положено класть в реанимацию и там контролировать ее состояние определенным образом. Но ее перевели в родильное отделение, где организовали отдельный пост. И, по ее словам, оставили одну.
— Медсестра Лялина должна была осуществлять наблюдение за мной в первые два часа после операции, но ни она, ни акушерка Маманжанова не приходили, а записи о моем состоянии в дневнике каким-то образом вели. Ночью я проснулась, потому что закричала моя новорожденная дочка. И еще я услышала какие-то хлюпающие звука в районе шва. Чтобы посмотреть, что там со швом, я сняла это на видео и увидела фонтан. Долго звонила, кричала, снова звонила, никто так и не пришел. От страха, что сейчас истеку кровью, попыталась встать, и упала без сознания. Лежала столько, что на пятке, которая оказалась у батареи, появились волдыри от ожога. Очнулась уже ближе к утру, снова кричала, и, наконец, появился врач Каримов. Посмотрел, позвал медсестру, сказал, чтобы у меня взяли анализы и ушел. И остальные ушли. Я пыталась дозвониться родственникам, чтобы сказать, что истекаю кровью без всякой помощи, но все спали.
Как позже скажут эксперты, роженице не проводился надлежащий контроль показателей гемодинамики, в том числе артериального давления, частоты сердечных сокращений и насыщения крови кислородом. Не осуществлялся необходимый динамический контроль кровопотери, не проводился регулярный осмотр послеоперационного шва. Лабораторные исследования были проведены 19 февраля 2026 года в 4:51 и показали ДВС-синдром – тяжелое состояние, при котором система свёртывания крови активизируется, что приводит к сгущению крови и образованию множественных тромбов, а затем истощается. Медперсонал в соответствии с алгоритмом оказания помощи при послеродовом кровотечении, предусмотренном клиническим протоколом Республики Казахстан № 178 от 30 января 2023 года, должен был немедленно попытаться остановить кровотечение и начать переливание крови, а если бы это не помогло, срочно оперировать. Но персонал, как указано выше, просто ушел и, по словам Дамиры, до утра не появлялся. «Почему?» — спросите вы. Чего-то хотели от роженицы? Просто ленивые все в этом роддоме? Катастрофически безграмотные?
Заведующий родильным отделением Орал Жокебаев, явившись утром на работу, видимо, вообще понятия не имел, что в его отделении кто-то истекает кровью. В 8 утра женщину зачем-то потащили на УЗИ и написали, что «в брюшной полости свободная жидкость в незначительном количестве». При этом после кесарева вопреки правилам Дамире нацепили памперс, хотя это строго запрещено – он не позволяет контролировать. Медики делали круглые глаза и заявляли, что не понимают – что это с ней. После этого роженица снова потеряла сознание и очнулась только через несколько дней в кардиоцентре.
Диагноз «ДВС-синдром» был официально объявлен только в 09:30. Дамиру срочно повезли в реанимацию, однако там выяснили, что брать на операционный стол обескровленную женщину нельзя – операции в таком состоянии она не выдержит. Ей делали переливание крови, срочно были поставлены в известность главный внештатный акушер-гинеколог УЗО, главный внештатный анестезиолог-реаниматолог по родовспоможению, вызвана бригада санавиации в составе главных внештатных специалистов УЗО по родовспоможению и сосудистого хирурга.
С 11:50 до 16:15 шла повторная операция, во время которой Дамире удалили матку с левыми придатками и правой маточной трубой с перевязкой внутренних подвздошных артерий и дренировали брюшную полость, в которой врачи роддома не увидели никакой жидкости, а оказалось целых два литра крови без сгустков. Возможно, во время кесарева сечения стенки матки сшить нормально тоже было лень, но этого определить не удалось.
Из-за массивного кровотечения крови на все органы не хватало, и организм перераспределял ее на самые важные – сердце и головной мозг, обделяя другие. Возникла почечно-печеночная недостаточность, токсическая кардиомиопатия, двусторонний гидроторакс, сепсис, парез кишечника, постгеморрагическая анемия тяжелой степени, геморрагический шок 3 степени и другие сбои в организме. Никто не верил, что она вообще выживет.
Из реанимации Дамира была переведена в кардиоцентр, оттуда, будучи на гемодиализе, перебралась в первую павлодарскую горбольницу – спасать отказавшие почки. Только там врачи решились рассказать 29-летней пациентке, что рожать она больше не сможет, матки у нее теперь нет. И по сей день, вместо того чтобы нянчиться с крошечной дочкой, она пытается восстановить свои пострадавшие органы.
Между тем, это не первый ДВС-синдром и удаление матки после кесарева сечения, проведенного опытным гинекологом Даулетом Каримовым. Два года назад трагедия случилась у 36-летней жительницы Аксу Айнур А. Она смогла выносить долгожданную беременность только после четвертого ЭКО, проведённого на платной основе в клинике «ЭКОМЕД» города Астаны. Понятно, что Айнур вовремя встала на учет, проходила все обследования и строго выполняла назначения медицинских работников. В роддом ее положили 25 сентября 2024 года, но затем заведующая родильным отделением предложила подождать ещё несколько дней и пока не вызывать родовую деятельность. Айнур выписываться отказалась.
Проснувшись в 04:30 утра 26 сентября, она обнаружила у себя кровотечение. Дежурный врач, которым в ту ночь был Каримов, сообщил, что ничего страшного, видимо, кровит рубец. В 05:25 сердцебиение плода не удалось зарегистрировать. В 05:50 завотделением и Каримов начали экстренное кесарево сечение, в 05:55 родилась ее дочь и негромко заплакала. В тяжёлом состоянии малышку доставили в перинатальный центр Павлодара, где 28 сентября она умерла от гипоксически-ишемических повреждений. Позже специалисты придут к выводу, что после появления кровянистых выделений и схваткообразных болей около 04:30 26 сентября требовалась немедленная оценка состояния плода, поскольку кровотечение могло свидетельствовать о преждевременной отслойке плаценты, патологии пуповины либо другом опасном состоянии. И экстренное кесарево сечение тоже нужно было делать немедленно, а не ждать полтора часа. Тогда бы у ребенка не случилось тяжёлого гипоксически-ишемического поражения центральной нервной системы.
У самой Айнур после кесарева сечения тоже началось массивное кровотечение, прибыла бригада сосудистых хирургов по линии санитарной авиации, и женщине удалили матку. Она не сможет родить себе ребенка.
Дамира и Айнур через суд намерены добиваться более серьезного наказания получающего выговоры Каримова – за его лень, сломавшую им жизнь.
