Дива с удивительным сопрано и талией на 10 см тоньше, чем у Гурченко, сегодня поет в Астана опера сложнейшую, но любимую партию примадонн всех поколений
Сегодня, 5 апреля, накануне своего 32-летия, на сцене театра Астана Опера впервые за последние семь лет в опере споет Мария Мудряк. Она исполнит партию Виолетты в «Травиате» Джузеппе Верди, написанной по мотивам автобиографического романа Александра Дюма-сына «Дама с камелиями». Эта партия куртизанки, умирающей от неизлечимой болезни, считается одной из самых сложных для сопрано и была любимой у великих Ренаты Тебальди, Марии Каллас, Монсеррат Кабалье, Бибигуль Тулегеновой, передает Hronika.kz.
ChatGPT сильно переживает за нашу Машу, называя ее одним из самых интересных и недооцененных кейсов и считая, что зря она себя не раскручивает. Вот, к примеру, Анна Нетребко, говорит ИИ, с которой после начала войны в Украине Metropolitan Opera разорвала контракт, остается одной из самых обсуждаемых фигур по политическим причинам. Или Андреа Бочелли – записывает дуэты с поп-артистами, собирая миллионы просмотров. А у Марии ни скандалов, ни попсы, ее имя не пестрит в СМИ каждый день. Хотя она не просто талантливая певица, а пример того, как девочка из казахстанской провинции стала одной из самых востребованных оперных певиц в мире, которую критики по чистоте и красоте голоса сравнивают с другой великой Марией — Каллас.
Мы-то, в отличие от ChatGPT, помним, что пиара в жизни нашей Маши хватало, как и интриг и жизненных испытаний. В пятилетнем возрасте она вошла в книгу рекордов Гиннеса, как самая юная певица, выпустившая собственный диск с детскими песнями. Тогда же крохотная Машенька произвела фурор на знаменитом конкурсе «Утренняя звезда», куда попала, одержав громкую победу в другом российском конкурсе — «Зажги свою звезду». Петь ее поставили с соперницей, которая была в два раза старше. Вторая девочка явно сфальшивила, зал ревел, за кулисами поздравляли с победой. Но когда девочки вышли на сцену слушать результат, объявили, что победила соперница. Папа той девочки не скрывал — им для конкурса деньги собирала вся автономная республика. Восьмилетнюю Машу уговаривал участвовать в своем мюзикле «Чикаго», где была детская роль, Филипп Киркоров. Но Маша Филиппу отказала, так как решила, что ей нужна не эстрада, а опера.
На одном из конкурсов в Сочи десятилетнюю Машу заметили педагоги академии музыки при театре «Ла Скала» и предложили поехать в Италию на прослушивание. Машин папа — Александр Мудряк — продал дачу и гараж, и девочка с мамой отправились в Милан. Через два месяца пробных занятий в академии и прослушивания Машу — единственную из всех приехавших со всего мира претендентов — приняли в высшую академию музыки Scuola Musicale di Milano. Тогда гараж продал Машин дедушка. С этими 700 долларами и без знания языка Маша с мамой Ольгой Мудряк поехали жить в чужую страну. Номер гостиницы в Милане стоил сто евро в день. Жили в пригороде, в трех часах езды от академии, питались самыми дешевыми продуктами, из-за чего обе за год жутко растолстели. А тут еще в Милане впервые за сто лет пошел снег, а у Маши с мамой не было теплой одежды. Пришлось покупать себе какие-то дешевые, ужасно страшные пуховики. Стресс сказался на здоровье, целый год Ольга Генриховна проходила в Италии химиотерапию. Но они не сдались и никому ничего тогда не рассказали. Маша всегда говорит: «Мария Мудряк — это не один человек, это все мы втроем. Папа — наш тыл, мама — тренер, педагог и подруга».
В 14 лет Маша окончила академию и поступила в самую престижную в мире Миланскую государственную консерваторию имени Джузеппе Верди. Окончила ее с отличием на год раньше положенного и в 18 лет стала самой юной выпускницей за всю 205-летнюю историю этого учебного заведения. И с разбега ворвалась в европейскую оперу – в 19 лет в конкурсе выиграла одну из самых длинных ролей Сюзанны в опере «Свадьба Фигаро» в Генуэзском театре Карло Феличе.
После триумфальных выступлений на самых престижных сценах: флорентийского Maggio Musicale Fiorentino, Большого театра в Москве, Большого театра Пекина в Китае, Сан Карло в Неаполе (старейший театр в мире, ее самый любимый), Арена-ди-Верона, Немецкой оперы в Берлине, театра Массимо в Палермо, Оперы Мельбурна и многих других городах, Маша пропала. Позже она расскажет казахстанцам, что после ковида перенесла инсульт, были проблемы с левой частью тела, пропали мышечный корсет и голос. Врачи вынесли вердикт, что с пением придется попрощаться. Мария Каллас, как известно, после пропажи голоса сломалась. Мария Мудряк два года с нуля возвращала свою технику и вот сегодня поет самую сложную партию.
— Для мамы тот период был очень тяжелый, в тот момент для нее было важнее, чтобы я просто жила, — говорит Мария. — Сейчас она мне признается – думала, что я уже не буду петь, потому что начинать все с начала очень сложно. Но я поняла, что это моя жизнь, и бросила все силы и просто занималась, и занималась. На данный момент в своей жизни я не загадываю вперед, живу сегодняшним сезоном, просто наслаждаюсь работой. Мне нравятся репетиции, нравится работать с коллегами, творить, создавать что-то новое, я вся погружена в это. За прошлый сезон по контракту спела всю трилогию Моцарта и еще «Веселую вдову» в Пекине, Сиане и трех итальянских театрах. В Астана Опера я последний раз пела «Богему» семь лет назад. К партии Виолетты хотела подойти в полной форме и решила вернуться к ней тут, на родной земле. Для меня это символичный момент — ровно десять лет назад я дебютировала эту партию тоже здесь, в Астана Опера. Думала, что это будет мой новый дебют после паузы, но буквально полмесяца назад меня срочно вызвали в Болонью. Позвонили и сказали: «Завтра споешь?». Я собрала чемоданы и просто влетела в постановку, без репетиций вообще, и пять раз спела Травиату за восемь дней.
— Почему «Травиату» называют самой сложной оперой для сопрано?
— Говорят, что для нее нужно три разных Виолетты. Потому что первый акт для очень колоратурного, высокого сопрано, второй акт для более лирического сопрано, а в третьем для драматического, Виолетта умирает.
— Раньше всегда на сцену выходили петь Джульетт с Виолеттами довольно грузные певицы, считалось, что без этой полноты голос не звучит. Сколько сантиметров у тебя талия? Гурченко говорила, что у нее 49, но исследователи ее творчества установили, что на самом деле все 68.
— Сама не мерила, но, когда снимают мерки для костюмов, пишут, что 59. Я очень хочу поправиться на три килограмма, чтобы было полегче петь. Но я хочу поправиться здесь (показывает район диафрагмы – О. В.), чтобы был спасательный круг, а поправляется не талия, а низ и лицо. За спектакль я могу потерять два килограмма, а за постановку вообще по пять. Чтобы укреплять мышцы, занимаюсь в спортзале. Вообще, на вокал влияет все. Даже если идешь к стоматологу, импланты там, к примеру, ставить, прикус исправлять, нужно всегда с фониатром посоветоваться, потому что все влияет на звук, смещается абсолютно все. У нас инструмент — это все наше тело, весь организм, до подошвы. Если ты неправильно стоишь, это влияет на позвоночник, а позвоночник — это опора.
— Мама тоже с тобой прилетела?
— Мы прилетели разными рейсами, сейчас они с папой, я их один раз только видела за эти дни, на спектакле все встретимся. С Павлодара много людей едет, все встречаемся здесь, в Астане.
