Воскресенье, 3 марта
Меню

Асаин Байханов не давал сыну Даниала Ахметова срок до осени

  • Ольга Воронько
  • 169
Асаин Байханов не давал сыну Даниала Ахметова срок до осени
фото и видео: Ольга Воронько

Павлодарские власти подарили для будущего завода Талгата Ахметова чужую землю и коммуникации на полтора миллиарда тенге, но дело у него все равно не идет, сообщает Ratel.kz.

Павлодарцев очень радует, что сын бывшего акима их области миллиардер Талгат Ахметов не начинает строительство своего содового завода. Напомним, против реализации этого проекта по неэкологичной технологии 1861 года на протяжении нескольких лет последовательно выступают независимые экологи, химики и большая часть населения Павлодара. Специалисты утверждают, что предлагаемый метод Сольве станет непосильной нагрузкой для региона. На тонну продукции придется две тонны отходов, Иртыш резко обмелеет.

Общественные слушания по проекту «Предварительная оценка воздействия на окружающую среду (ПредОВОС) к технико-экономическому обоснованию «Строительство завода по производству кальцинированной соды мощностью 200 тыс. тонн в год» проваливались дважды и были признаны состоявшимися только в июне 2021 года, когда проходили онлайн и в сети был задействован административный ресурс. Что не помешало властям еще в мае 2020 года за счет республиканского бюджета начать прокладку к новому заводу всех дорогостоящих коммуникаций, на которые потрачено 1,4 млрд тенге. Также за счет бюджет построена подстанция.   

Как показала проведенная по запросу Ratel.kz внеплановая проверка департамента по управлению земельными ресурсами, эти коммуникации проложены на двух участках с кадастровыми номерами 14-218-038-348, 14-218-038-355, которые, согласно генплану, относятся к землям сельхозугодий. Более того, выяснилось, что 15 февраля 2021 года акимат отдал под строительство содового завода еще и кусок территории СЭЗ, а между тем, ТОО «Павлодар-Сода», принадлежащий Ахметову – младшему, участником специальной экономической зоны не является. 19 января этого года АО «Управляющая компания специальной экономической зоны «Павлодар» подало иск в специализированный межрайонный экономический суд Павлодарской области к акимату города Павлодара, горотделу земельных отношений и ТОО «Павлодар-Сода». Экономический суд рассматривать этот иск отказался, разъяснив в определении, что такие споры рассматриваются в административном производстве, соответственно, иск нужно подавать в специализированный межрайонный административный суд Павлодарской области. В свою очередь, 29 марта специализированный межрайонный административный суд решил, что «дело не подлежит рассмотрению в порядке административного судопроизводства».

Между тем, согласно аудиторскому заключению счетного комитета по оценке эффективности реализации проектов, включенных в республиканскую и региональные карты индустриализации, вообще непонятно – зачем стране завод Талгата Ахметова на 200 тысяч тонн, если в сентябре 2021 года  началось строительство завода по производству кальцинированной соды в Сарысуском районе Жамбылской области млщностью 900 тысяч тонн.  «Внутреннее потребление в стране кальцинированной соды (карбонат динатрия) составляет 351,4 тыс. тонн. Таким образом, запуск других проектов по производству кальцинированной соды несет риски профицита производства кальцинированной соды в республике», — сказано в отчете. 

Но у Даниала Ахметова давние крепкие связи с Александром Машкевичем, и все говорит о том, что завод сына акима ориентируется только на одного потребителя – АО «Алюминий Казахстана», использующего для своего производства глинозема до 180 тыс. тонн соды. У родных и близких Даниала Кенжетаевича, возглавлявшего, как известно, родную Павлодарскую область дважды — с 1993 по 1997 и с 2001 по 2003 годы, здесь сосредоточен бизнес в самых различных сферах. У Талгата Ахметова, ставшего в 2017 году самым молодым фигурантом рейтинга богатейших бизнесменов Казахстана по версии Forbes.kz, мы насчитали в регионе около двух десятков фирм. Но этому бизнесу нужна поддержка. К примеру, ТОО «Павлодарский хлебобулочный комбинат», который когда-то занимал 60 процентов всего рынка, заявил о полной остановке. Без адмподдержки предприятие не выдерживало конкуренции на рынке, ежегодно поднимало цены, с 2017 года начало снижать вес социального хлеба, но работать прибыльно все равно перестало. На момент остановки доля ПХБК на рынке не превышала пяти процентов.

Слушаний по уже окончательной оценке воздействия будущего содового завода на окружающую среду так и не случилось, а без них проектно-сметную документацию не утвердишь. То есть, коммуникации за счет республиканского бюджета были проложены для предприятия, которого и в проекте-то не существует. В июле этого года на предыдущем брифинге в СЦК, отвечая на вопрос корреспондента Ratel.kz не придется ли теперь пилить тепловые сети, паропровод и два водопровода, построенные для содового завода, пока они не подверглись коррозии из-за того, что годами не используются, Асаин Байханов сказал:

— В любом случае мы их без использования не оставим. Либо этот проект реализуется в ближайшее время после наших обсуждений, либо мы будем искать другой проект под размещение здесь.

— Сколько времени вы даете Ахметову прежде чем отберете коммуникации? —  спросила я.

— Пока предварительно обсудили, что четкое понимание горизонтов мы должны до осени определить, — ответил аким.

(На видео: с 1:24:05 до 1:25:44)

На вчерашнем брифинге в том же СЦК на замечание о том, что до конца осени осталось три дня, аким Павлодарской области попенял корреспонденту Ratel.kz за неправильную трактовку своего июльского комментария.

— Я читал вашу статью, я не согласен был с заголовком, я не давал время Талгату Ахметову, — сказал Асаин Куандыкович. – Это неправильная трактовка была. Я сказал, что мы договорились с инвестором о том, что они до осени этого года проработают вопрос привлечения инвестора, потому что для реализации этого проекта, изменения этого проекта, прохождения новой экспертизы, и так далее требуется, чтобы было фондирование (формирование привлеченных ресурсов – О. В.). То есть они должны проработать этот вопрос. Я недавно, зная, что вы, возможно, будете этот вопрос задавать, разговаривал по телефону, на сегодняшний день прояснения ситуации там нету.  Потому что этот инвестиционный проект примерно стоит порядка ста миллиардов тенге инвестиций. Сто миллиардов тенге инвестиций должны откуда-то появиться. То есть это должны быть либо заемные средства, либо банковский кредит, либо зарубежные инвесторы, и так далее. Недавно в процессе переговоров приезжали с соседних стран делегации я знаю, рни показывали, презентовывали свои проекты, но ни один из потенциальных инвесторов на сегодня пока не сказал, что все, я готов привлечь средства и реализовать этот проект. Поэтому у меня большая убедительная просьба, я понимаю, что нужен хороший заголовок, но я считаю, что мы не даем кому-то время, и так далее, это бизнесмены, это не государственные служащие, которым (можно) сказать – вот время и решение вопроса.

— Вы сказали если до осени не решится вопрос, то сети будете передавать другим инвесторам, — напомнила я.

— Вот это мы и делаем — поиском инвесторов занимаемся, — ответил аким. — Это не простой процесс в нынешней ситуации, когда во всем мире все борются за инвестиции. Привлечение инвесторов очень непростая задача сегодня. Но мы занимаемся этим вопросом. В конце концов вы знаете сколько лет истории этого завода, который так и не может быть построен. Она начиналась еще не до моего предшественника, а до предшественника предшественника.

Каюсь, я действительно не всегда умею правильно трактовать слова высокопоставленных казахстанских чиновников. Поэтому в этом материале мы решили исправить тот неправильный заголовок.