Четверг, 23 мая
Меню

За кем последнее слово?

  • Редакция «Наша Жизнь»
  • 811
За кем последнее слово?

Родственники погибших на заводе «Нефтехим LTD» работников потребовали лишить свободы Берика Кусанова, Сергея Чичмаренко и Олега Тимошова. По 4,5 года колонии общего режима для каждого попросил государственный обвинитель. Бывшие руководитель полипропиленового производства Берик Кусанов, начальник смены Сергей Чичмаренко и главный инженер Олег Тимошов и на прениях не признали своей вины. По их убеждению, виноваты в трагедии не они, а другой человек.

 

Частично с обвинением согласился лишь Берик Кусанов, возглавлявший на момент происшествия полипропиленовое производство.

– Да, я согласен с тем, что не проследил за установкой вентиляции. Но это не играло решающей роли при такой ситуации. Она была необходима для воздухообмена в помещении. И, наверное, мне надо было ночью, когда была моя смена, внимательнее отнестись к тому, что происходит в установке. Я прошу прощение у родных погибших и пострадавших. Но ситуация была вполне рабочая, к тому же на смене днем 4 февраля остался специалист квалифицированный, заместитель руководителя полипропиленового производства Жумабеков. Он успокоил меня, сказал, что все под контролем, что пошла влажная фракция, попробуют еще и доведут до сухой. И вот до чего довел. Но как сотрудник, который непосредственно руководил в тот день процессом, он, в итоге, почему-то не привлекается к уголовной ответственности, – пояснил Кусанов.

Он добавил, что если и давал распоряжение на продолжение работы, но только в условиях штатных. При возникновении опасности, по его утверждению, распоряжение теряет силу.

Недоумевают по поводу того, что Жумабеков «выпал» из числа фигурантов уголовного дела Тимошов и Чичмаренко. Одна из защитников заявила суду, что дело в отношении него необходимо выделить в отдельное производство. При этом никого из них не удивляет отсутствие на скамье подсудимых  бывшего генерального директора Ерлана Кусанова. А именно он мог бы ответить на главный для всех вопрос, который озвучил отец погибшего Сергея Мутаса:

–Зачем нужно было в праздничные дни гнать людей на производство, запускать простаивающий цех? Из-за нехватки денег, жадности? – спросил Владимир Мутас.

Генеральный директор мог бы пояснить также, почему действия ответственных лиц завода, опасного производства в критической ситуации строились по принципу «надежда на авось?» В ходе разбирательств выясняется, что за несколько дней до нового года с «ПНХЗ» на установку концентрирования полипропилена, а затем и на установку производства полипропилена стало поступать некачественное сырье, которое лучше бы и вовсе не использовать. Но решили иначе, и в результате оборудование пришлось чистить 2 января. Через день производственную установку запустили вновь, но порошок распорядились направить не на грануляцию, а в выведенный из эксплуатации цех расфасовки, видимо, подозревая, что продукция качественной уже не будет. Так и получилось. Но вместо того, чтобы заострить на этом внимание с самого начала, пустили ситуацию на самотек. Коротко говоря, 4 января первая и вторая партии получились жидкими и их сливали на пол. С 14 часов 30  минут концентрация выделяемого газа достигала критичной концентрации. Объемное взрывное горение случилось в 18 часов 29 минут. Для этого хватило искры, предположительно возникшей, когда привлеченные работники с пола собирали продукцию лопатами. Сергей Мутас и Куаныш Искаков  сгорели на месте. Каирбек Адуов умер в тяжелых муках в больнице. Ринат Шарипов стал инвалидом первой группы, Максат Шарипов также получил серьезные ожоги.

Конечно, сейчас все действующие лица заявляют, что действовали в пределах своей осведомленности и компетенции, но в целом картинка складывается несуразной, а показания не выдерживают критики. Начальник производства полипропилена Берик Кусанов, уходя со смены, якобы не предупредил своего заместителя о наличии проблемы в виде недопустимой, жидкой фракции в установке и отправился отдыхать домой. Он и дежурный по предприятию Тимошов несколько раз в течение дня 4 января узнавали о развитии событий по телефону и вроде бы не получали достоверной информации, не смогли оценить ситуации, не дали распоряжения о принятии срочных мер для предотвращения аварии.  Начальник смены Чичмаренко не усмотрел ничего особенного в выгрузке первой неудавшейся «жидкой» партии полипропилена на пол цеха, не остановил процесс и не вызвал аварийно-спасательный отряд. Не установлено достоверно, сработали газоанализаторы или нет, но ворота для проветривания ввиду отсутствия вентиляции открывали. Заводские камеры беспристрастно фиксировали этот день. Адвокаты и подсудимые просмотрели записи. Они утверждают, что участники событий вели себя спокойно, размеренно. Работники в перерывах пили чай, разговаривали, смеялись, словно не подозревая об опасности. Начальник смены Чичмаренко кабинет почти не покидал и временами спал. И это все в условиях производства класса «А». А ведь павлодарцам всегда говорили, что здесь, на передовом предприятии организация труда на высшем уровне, и это залог безопасности. А выясняется, что персонал не знает, как адекватно реагировать на проблемы.

Сейчас на скамье подсудимых трое. Большинство родственников погибших и пострадавших считают, что Берика Кусанова, Олега Тимошова и Сергея Чичмаренко необходимо лишить свободы. Государственный обвинитель также счел доказанной вину подсудимых в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 156. (нарушение правил безопасности, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц). Он запросил для каждого наказание в виде 4,5 лет колонии общего режима.

Адвокаты просят суд оправдать подзащитных, а случае вынесения обвинительного приговора назначить наказание, не связанное с лишением свободы. Когда номер выйдет в печать, подсудимые скажут свое последнее слово и суд удалится в совещательную комнату.

Ирина Адылканова, газета «Наша Жизнь» №8, 23.02.17