Воскресенье, 5 февраля
облачно с прояснениямиПавлодар, -21°C
458.69 6.52 501.3
Меню

Музея Шафера не будет?

  • Редакция «Наша Жизнь»
  • 13055
Нурсултан Назарбаев слушает самую первую казахскую пластинку 1935 года из коллекции Наума Шафера

Единственный в мире музей грампластинок с коллекцией Наума Шафера в ближайшее время может перестать существовать в привычном виде. Его собираются «оптимизировать», превратив в один из филиалов другого музея. По расчетам чиновников, экономия от такого преобразования составит чуть больше 600 тысяч тенге в год. Таким же образом сэкономить планируется еще на четырех музеях: будут лишены самостоятельности дом-музей Павла Васильева, Щербактинский, Аксуский и Экибастузский краеведческие музеи.

Один пишем, три в уме

Внимание журналистов привлекло обращение на блоге акима Павлодарской области. Коллекционер грампластинок из Омска пишет: «Очень больно было узнать, что ЕДИНСТВЕННЫЙ в СНГ музей грампластинок, представленный самой большой и уникальной в мире коллекцией грампластинок на русском, казахском и других языках теряет свою самостоятельность и должен стать филиалом музея литературы и искусства имени Бухар Жырау. В мире не найдется больше коллекций с таким разнообразием грампластинок различных жанров, композиторов, исполнителей. Музей просто достоин книги рекордов Гиннесса. И он должен быть самостоятельной единицей, потому что эта культурная драгоценность, этот бриллиант просто не может, и не должен быть оправлен… Эти два музея своим блеском, своей самобытностью не должны, не могут затмевать друг друга».

Официальный ответ на обращение был дан руководителем управления культуры, архивов и документации Павлодарской области Айнур Сарсенбаевой: «На сегодняшний день в рамках формирования новой структурной экономики Главой государства Президентом Н.А. Назарбаевым поставлена задача активизировать процесс разгосударствления экономики с целью развития конкуренции и частного капитала. В связи с этим проводится оптимизация объектов культуры области с изменением их организационно-правовой формы. Основным условием данной реорганизации является обязательное сохранение профиля деятельности учреждений, что в данном случае не повлияет на процесс их работы. Таким образом, Дом-музей Шафера, как структурное подразделение КГКП «Музей литературы и искусства имени Бухар Жырау», не потеряет своей самостоятельности и уникальности». Айнур Максутовна заверила, что культурные мероприятия для жителей и гостей региона в Доме-музее Шафера будут проводиться в прежнем режиме, как и работа по оцифровке материалов фонда музея.

КГКП «Дом-музей Шафера» было создан в 2000 году. В 2010 году объект закреплен за управлением культуры области. Но и сейчас коллекция Наума Шафера, предмет гордости Павлодара и Казахстана, многим не дает покоя — более ста тысяч единиц хранения. В фондах — полная информация о любом историческом отрезке конца XIX — начала XX века, пластинки, диски, аудио- видеокассеты, газеты, журналы, книги. И единственные в мире раритеты. Частные коллекционеры и госмузеи разных стран предлагали Шаферу крупные суммы за часть собрания или за все полностью, его приглашали обосноваться в Израиле, Германии, России.

Нынешняя шаткая ситуация с музеем удручает 84-летнего ученого. Профессор филологии, музыковед Наум Шафер дважды был репрессирован – в жизни его не раз лишали дома и имущества. А ведь в конце 90-х Павлодар чуть не покинули сокровища его фонотеки. Шаферу с супругой предложили на выгодных условиях поселиться в Омске.

— Когда мы уже собирались переезжать в Омск, здесь спохватились, что Казахстан лишается уникальной коллекции грампластинок, — вспоминает Наум Григорьевич. – А теперь мне неудобно отстаивать свой музей, потому что не по моей инициативе ему было присвоено мое имя. Я отстаиваю совершенно другое — единственный в мире музей грампластинок. Есть частные коллекции не на госбюджете, но не в таком объеме и в таком свободном доступе. У нас есть пластинки всех стран мира, образцы лучшей музыки, в том числе народной. И экспонаты, которых больше нигде в мире нет. Например, запись концерта Ермека Серкебаева в Павлодаре. Или более редкие — некоторые казахские пластинки были в свое время просто утрачены. Такое бывало время от времени – менялась ситуация и при смене политической обстановки уничтожались пластинки, например, с упоминанием Сталина. Хотя исполняли песни наши звезды, Куляш Байсеитова. Только у меня сохранились, в том числе кюи, посвященные победе.

Я попросила разъяснить ситуацию с оптимизацией директора Татьяну Корешкову и, собственно, самого Наума Григорьевича Шафера, заместителя директора по научной работе. Что на самом деле улучшится после этой процедуры?

— В коллективе восемь человек. Сокращают только главного бухгалтера, она у нас сейчас в декретном отпуске — единица переходит в объединенную централизованную бухгалтерию музея им. Бухар Жырау, — говорит Т. Корешкова. – Руководитель предприятия станет руководителем филиала, аннулируется ставка главного хранителя, будет просто хранитель. Наум Григорьевич будет называться экспертом. Все влечет за собой финансовые изменения: в среднем экономия по нашему предприятию составит 623 тысячи тенге в год. В целом, якобы, ничего больше не изменится. Но в работе планируется уйти от камерности. Зарплата и коммунальные платежи пойдут из областного бюджета. Раньше еще выделялись средства на проекты, но сейчас я даже не знаю, за чей счет будет вестись запись, оцифровывание материала, научно-просветительская работа.

Также под оптимизацию попал дом-музей Павла Васильева – он тоже станет филиалом музея им. Бухар Жырау. Известно, что свое мнение по этому поводу имеется у родственников поэта – брата Виктора Васильева из Омска, и дочери Натальи Фурман из Рязани. Письма уже отправлены в «Павлодар, мой город ястребиный…» — местным властям. А Щербактинский, Экибастузский и Аксуский краеведческие музеи будут филиалами областного историко-краеведческого музея им. Потанина.

— Исходя из того, что наш музей финансируют в объеме восьми миллионов тенге в год, 2,5 миллиона тенге мы должны заработать и вернуть в бюджет – так нам пояснили, — рассказывает Татьяна Корешкова. – Хотя, когда создавался музей, по договору с Наумом Шафером было четко указано – все услуги музей оказывает БЕСПЛАТНО! Мы не приносим никакой доходной части, мы просто формируем интеллектуальную собственность, которая основывается и сохраняется в нашем регионе. Нам говорят, что мы должны зарабатывать: но как нам делать платные услуги при таких стесненных условиях?

Эксклюзивный бренд Павлодара

К слову, в государственных музеях многих стран вход и обслуживание бесплатные. Музейными проектами дома-музея Шафера интересуются солидные музеи Америки, Украины, Польши, Израиля, России. Недавно в музей приезжала группа голландских туристов, которые были в Казахстане впервые. Они ехали в Павлодар целенаправленно – в музей Шафера. А британское посольство, заинтересовавшись, выпустило о доме-музее буклет. Этот музей — наша визитная карточка.

Мои друзья из ФРГ, которые посетили в этом году Павлодар, были удивлены: мировой эксклюзив на эксклюзиве – единственные в мире дома-музеи Багаева и Шафера, Анастасии Цветаевой, художник Бибин! В Германии бы давно из каждого уникального, единственного в мире чуда сделали бы не просто щедро финансируемое народное достояние, а бренд города, его лицо, символ. И тиражировали бы, транслировали в медиапространство то, что интересно всему миру, зарабатывали бы на этой известности и уникальности, привлекая туристов со всего света.

— С точки зрения престижности многое теряется из-за того, что самостоятельный музей хотят сделать филиалом. Мы фигурируем как единственный в мире музей грампластинок, находящийся в Казахстане, Павлодаре, — поясняет свою точку зрения Наум Шафер. — Предложений было много, но я никому ничего не продавал. Почему мне неудобно настаивать – это же мой подарок государству. Даже моя личная квартира – филиал музея, тут все, что не поместилось в хранилище.

В квартире Шафера у каждой стены — стеллажи от пола до потолка, в них в два ряда экспонаты. На столах, стульях, в шкафах – редкости и ценности его частной коллекции, пользоваться которой может каждый. К слову, в 2004 году Павлодар во второй раз едва не лишился коллекции Шафера. Власти хотели прекратить финансировать музей и потребовать вернуть потраченные на его содержание миллионы. Причина в том, что частная коллекция содержится на госсредства, а можно бы и не дожидаться, когда она полностью перейдет городу по завещанию. Правда, потом чиновники сняли свои претензии. Но сейчас сложности опять могут появиться.

— Я продолжаю работать с коллекцией днем и ночью, и по выходным. И если она будет окончательно передана, я не буду иметь постоянного доступа к документам и пластинкам без специальной заявки, — говорит Наум Григорьевич. — Сейчас мне удобно пользоваться ею, несмотря на то, что фактически она принадлежит государству. Коллекционеру проще подарить собрание, а человеку, который занимается наукой, важен постоянный доступ — вот и вся разница. Эта частная коллекция находится в бесплатном пользовании государства, она завещана безвозмездно городу Павлодару – и фонды, и то, что в нашей квартире. И я не знаю, как коллекция может отойти другому музею, если наш музей станет его филиалом.

Оптимизм оптимизации

Директору дома-музея Шафера не предоставили разъясняющих документов. Из-за неопределенности музейщики не могут распланировать проекты для формирования бюджета на будущий год.

— Кроме поручения и уведомления, что нас вправе уволить, никакого документа больше нет, — показывает бумаги Татьяна Сергеевна. — Мы написали постановочный вопрос о подготовке акта передачи в связи с реорганизацией, но юрист ведомства заверил, что никаких приказов не будет. Консультировались везде – вопросов больше, чем ответов. В инспекции по труду сказали, что уведомление не имеет силы. Поймите, мы ничего не хотим нарушать! Но кто будет нести ответственность? Любая проверка спросит: на каком основании вы распоряжаетесь государственной собственностью, где приказ? Я не спорю, если идет процесс оптимизации, то должны быть указаны цели и задачи, проведена грамотная работа по финансовым подсчетам, анализу и обоснованиям, и тщательно подготовлены все документы.

У музейщиков складывается странное  впечатление, что оптимизация – нечто стихийное, поскольку четких формулировок, перспектив и задач никто им не предоставил, как и официальных бумаг. Нет и гарантий, что людям сохранят работу. Правда, 1 октября в доме-музее Шафера прошло собрание коллектива с участием руководства управления, пригласили и сотрудников музея П. Васильева. Зарплата у некоторых сотрудников сократится еще на 15 тысяч тенге, но с будущего года обещает повыситься на 40 процентов. А работать сотрудникам филиала придется и в других подразделениях структуры. Их заверили, что оптимизация – единственное спасение музея Шафера от уничтожения. Мол, никого на улицу не гонят, но, видимо, могло быть и хуже – музей могли, например, закрыть или отдать в государственно-частное партнерство. Вопрос — как можно «закрыть» коллектив и его научную работу, частную коллекцию или, извините, самого Шафера, остается риторическим.

Ожившие раритеты

Создавался дом-музей Шафера в конце 90-х, когда ситуация в экономике страны была переломная. Кто помнит эти чудовищные времена разрухи, тот недоумевает: разве ж нынешний кризис – это кризис? За эти 15 лет музе не просто сохранился, но и выработал свое направление в мировом музейном пространстве. Оцифрованные материалы служат созданию новых эксклюзивных проектов. В московском специальном филофонистском сборнике изданы статьи Шафера. В музее вернули из забвения пять песен Дунаевского на казахском языке 50-х годов, исполняемых Бибигуль Тулегеновой. Осуществлен ряд международных проектов, издаются антологии.

— Я коллекционировал стихийно, направил мои поиски в научную сторону мой учитель, композитор Евгений Брусиловский. Он натолкнул меня на мысль найти самую первую казахскую пластинку, выпущенную в 1935 году. Она есть в нашем музее, это два кюя. Ее слушал наш президент Н. Назарбаев. Есть фото: он хотел накрутить ручку патефона, но меня предупредили, что он очень сильный. Я лишил его этого удовольствия — зато Назарбаев лично опустил мембрану на крутящийся диск.

…Работа идет в штатном режиме. Встреча со студентами ПГПИ по их заявкам: песни Абая, Марка Бернеса, грузинские народные мелодии и классические произведении в исполнении эстрадных оркестров, и традиционные пятничные мероприятия. Аншлаговый музыкальный вечер к 120-летию Есенина сейчас повторяют, в том числе в виде выездных встреч. Регулярно проводят мероприятия для воспитанников детских садов, центра адаптации несовершеннолетних и детского приюта.

Готовится к выпуску уникальный проект: забытая сюита Е. Брусиловского «Бозайгыр», нигде ранее не исполнявшаяся полностью. Шафер учился у Брусиловского, когда тот заканчивал работу над сюитой. Тема народной песни раскрывается в виде вариаций. Помогали в записи Ирина Батурина и скрипачка Мадина Адамова. Диск будет презентован к 110-летию Брусиловского 13 ноября. Продолжаются репетиции и запись диска детских песен Нами Гитина 50-х годов «Бабушкины сказки». Выпуск приурочен к Новому году. А интеллигенция и общественность Павлодара в январе 2016 года планирует отметить 85-летний юбилей Наума Григорьевича Шафера.

На персональном сайте Шафера shafer.pavlodar.com размещен цикл видеозаписей «Мои встречи». Выпущен диск «Забытые песни периода Великой Отечественной войны», где собраны очень редкие песни с пластинок и восстановленные нашими исполнителями. Издан диск редких военных песен И. Дунаевского. Обычно готовят только 10 демонстрационных экземпляров. Впрочем, в следующем году таких дисков может и не быть вовсе.

Сэкономим на культуре?

Это не первый пример оптимизации. В начале 2014 года в Казахстане реорганизовали «Национальный музей Республики Казахстан», присоединив к нему «Государственный музей золота и драгоценных металлов». Тогда же в Астане напрочь оптимизировали Национальный театр оперы и балета им. Куляш Байсеитовой, ликвидировав его. Представители культурного ведомства сообщали, что более пятисот сотрудников были трудоустроены в новый гостеатр — некоммерческое АО «Государственный театр оперы и балета «Астана Опера» и другие организации культуры столицы. Необходимость закрытия театра чиновники объяснили: мол, чтоб не дублировал новый.

А в Алматы в 2014 году общественность засомневалось в острой необходимости приватизации и передаче в частные руки Казахского госцирка, Дворца Республики и АО «Казахфильм» им. Ш. Айманова. Люди были возмущены пояснениями чиновников: оказывается, объекты национального достояния должны быть инвестиционно привлекательны и из них нужно извлекать прибыль!

В перечне подлежащих приватизации организаций коммунальной собственности Павлодарской области на 2014-2016 годы — 26 пунктов, в том числе бассейны и физкультурно-оздоровительные комплексы, дворцы спорта, культуры и творчества. Впрочем, к концу 2014 года чиновники Минфина заявили: дома культуры и творчества сняты с торгов в рамках приватизации. По данным агентства Казинформ, председатель Комитета государственного имущества и приватизации Министерства финансов РК Э. Утепов сообщил: «Ни один музей, ни одна галерея, ни один театр не были включены в список приватизируемых объектов. Были включены дома творчества, дома культуры, но комиссия рассмотрела этот вопрос, и их сняли с торгов. В рамках государственно-частного партнерства, наверное, будут  как-то рассматриваться, но этот вопрос отложен на более поздний период».

Между тем, известные павлодарские музеи в свое время также стали филиалами – единственный в Казахстане дом-музей Д.П.Багаева, дом-музей песенного творчества им. Майры Шамсутдиновой, Музей Воинской славы – филиалы областного историко-краеведческого музея. И ничего, работают. Но, откровенно говоря, в некоторых случаях — благодаря помощи щедрой спонсорской руки.

В 2013 году было озвучено предложение дому-музею Шафера присвоить статус республиканского и расширить помещения для хранения экспонатов. Были проекты (и даже эскизы Виктора Поликарпова) расширить дом-музей Павла Васильева, где до сих пор работники и экспонаты ютятся в двух комнатках. Учитывая оптимизацию, рассматривать эти вопросы, думаю, сейчас никто не будет.

Музейщики – это альтруисты, фанатично преданные своему делу. Такой объем и глубина работы под силу не каждому. «Вешать» на них еще и думы, как заработать на том, чтобы сохранить принадлежащее народу наследие, — излишне, мне кажется. Три уникальных музея – единственный в Казахстане музей литературы им. Бухар Жырау, единственные в мире Павлодарские дома-музеи Павла Васильева и Наума Шафера – выстояли в более тяжелые времена. Зачем лишать их уникальности и самостоятельности путем оптимизации и поглощения?

Понятно другое: коммерциализация объектов культурного наследия сразу отразится на обществе. Так называемая оптимизация – метод в разных странах еще толком не апробированный, результаты его сродни экспериментам. Только опыты эти – над историей, культурой, искусством – и людьми.

Можно все свалить на кризис. В таком случае, кризис ограничит доступ к истории, культуре и искусству той части населения, для которой билеты в концертные залы — роскошь. Кризис убьет интерес детей и молодежи к своей истории и культуре. Кризис вообще, может быть, решит, что кому-то не надо учиться.

Коммерциализация внесет сумятицу в работу музеев. На чем обогатиться, что сейчас в цене? В России уже есть примеры: чего стоят печально известные пьяные банкеты в музейных залах Петербурга. По моему мнению, желание обязать музейщиков зарабатывать на содержание музеев сместит ориентиры и, увы, аукнется. Чуть позже – в виде культурной деградации общества.

Ирина КОВАЛЁВА, фото автора. НЖ№40, 08.10.15