Menu

Детей чернобыльцев возьмут на учет

Детей чернобыльцев возьмут на учет Фотографии: © РИА Новости/Игорь Костин

В следующем году исполнится 30 лет с момента аварии на Чернобыльской атомной электростанции. В ликвидации последствий катастрофы участвовало около 800 тысяч жителей СССР. Более 30 тысяч из них – казахстанцы. Люди, спасшие планету от радиационного заражения, получили высокие дозы облучения, повлекшие онкологические и другие тяжелые заболевания. На данный момент в Казахстане осталось всего шесть тысяч ликвидаторов, а в Павлодарской области из 1200 – 320. Около сотни из них – люди с ограниченными возможностями. Ужасно то, что Чернобыль стал проклятием для детей и внуков ликвидаторов. Им нужен медицинский учет и специальное лечение. Об этом мы поговорили с председателем Ассоциации юридических лиц «Союз Чернобыль» Республики Казахстан Виктором Георгиевичем Деймундом.

Виктор Деймунд

Справка: в 1986 году, когда произошла авария на ЧАЭС, Виктору Деймунду было 27 лет. Он работал методистом в Республиканской зональной комсомольской школе. В Чернобыль ушел добровольцем. Участвовал в удалении радиоактивных отходов на крыше энергоблока, где был максимальный уровень радиации – 3000, 3500 рентген в час. Провел там 35 минут. Официальную дозу своего облучения – 21 рентген – по веским причинам считает намного заниженной. В Чернобыле получил воинское звание старшего лейтенанта. В данный момент Виктор Георгиевич является председателем АЮЛ «Союз Чернобыль», включающей в себя 11 региональных организаций. Союз занимается социальной и правовой защитой, медицинской и социальной реабилитацией людей, испытавших на себе последствия аварии на ЧАЭС и других ядерных объектах.

– Виктор Георгиевич, какие вопросы сегодня решает «Союз Чернобыль»?

– Мы три года назад на Совете организации определили для себя несколько основных вопросов. Это разработка и принятие Закона «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС». Аналогичные законы действуют во всех странах СНГ, кроме Армении и Казахстана. Также мы занимаемся решением вопроса о создании Системы персонифицированного учета ликвидаторов аварии на Чернобыльской атомной электростанции и их потомков (реестра, – авт.). Добиваемся повышения размера ежемесячного пособия для чернобыльцев, медицинской реабилитации их детей, социальной поддержки семей ликвидаторов, ушедших из жизни. Число инвалидов и смертность среди чернобыльцев постоянно растет, у многих нет собственного жилья и работы. Все эти проблемы, мы считаем, связаны с тем, что люди подорвали здоровье в Чернобыле. Каждый месяц человек тратит 10–15 тысяч тенге на лекарства, а размеры пособия по инвалидности у них составляют от 2500 до 8200 тенге. Размер ежемесячного пособия для чернобыльцев, не зависимо от года службы, должен быть не менее 50 минимальных расчетных показателей.

– Зачем нужен в Казахстане реестр чернобыльцев?

– Потому что возникает большой риск рождения детей с патологиями в третьем-четвертом поколении. Могут родиться дети с двумя головами или четырьмя ногами, не говоря уже о других заболеваниях. Поэтому нужно вести учет потомков людей, получивших радиоактивное облучение. Я посчитал, к четвертому поколению только от чернобыльцев, если они будут рожать по два ребенка, будет более 500 тысяч человек. Представьте, сколько страна через 50 лет получит инвалидов. А сколько потомков полигонщиков? 800 тысяч, если память мне не изменяет. Нужно вести учет всех потомков, наблюдать их генетическое здоровье. Я как дилетант рассуждаю, может, к тому времени ученые найдут способ корректировать генетические изменения, чтобы дети рождались здоровыми. Я молодым людям говорю: прежде чем с кем-то связывать свою судьбу, не стесняйтесь спрашивать, жили ли его родители на территории полигона или были ли ликвидаторами в Чернобыле. Если были, то задумайтесь. И о любви задумайтесь, и о возможных последствиях. Потому что, специалисты сказали, что барки между потомками полигонщиков или чернобыльцев в два раза усиливают риск патологий.

Сейчас обследование и лечение участников ликвидации аварии на ЧАЭС проводятся по общепринятым стандартам лечения, как спонтанные случаи заболевания. Хотя, всем известно, что медицинская помощь для лиц, подвергшихся ионизирующему воздействию, должна осуществляться специализированно. Работа по реестру позволит повысить эффективность адресной медицинской помощи чернобыльцам, ляжет в основу разработок социальных и медико-организационных мероприятий на государственном уровне по сохранению и укреплению здоровья и социальной поддержке чернобыльцев и их потомков. Позволит в дальнейшем проводить мероприятия по предотвращению риска патологий у детей чернобыльцев и их последующих поколений.

– Есть реестры чернобыльцев в других странах СНГ?

– Насколько я владею информацией, реестры созданы и работают в Белоруссии, в Украине, в странах Прибалтики. Очень сильно такая работа ведется в России. Такие же реестры созданы в Японии для пострадавших во время бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, во время аварии на Фукусиме.

– Когда и у кого появилась идея создать реестр чернобыльцев в Казахстане?

– Эта идея давно витала в головах руководителей областных организаций чернобыльцев. Мы изучали в интернете опыт других стран, сравнивали с работой, которую проводит Министерство здравоохранения РК по персональному учету лиц, пострадавших от ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне. Нам тоже необходимо выяснить точное количество участников ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, количество умерших, изучить проблемы наших детей, обобщить эти данные, провести научные исследования и так далее. Поэтому председатель ОО «Союз Чернобыль» Западно-Казахстанской области Аскар Жолдигалиевич Тайманов выступил с инициативой создания Системы персонифицированного учета ликвидаторов аварии на ЧАЭС и их потомков, проживающих в Казахстане.

– Как удалось убедить правительство в необходимости этого реестра?

– Благодаря дружной и активной работе Ассоциации. Практически от всех наших региональных организаций были направлены письма на имя министра здравоохранения. Я лично встречался с заместителем министра здравоохранения. Минздрав нас поддержал, но вопрос сначала не решился из-за отказа в выделении финансов со стороны министерства экономики и бюджетного планирования. Тогда аналогичная работа была нами организована и проведена с Министерством экономики. В результате наш вопрос был понят и поддержан.

– Сколько времени ушло на подготовку и согласования?

– Полтора года. В результате на создание реестра было выделено из республиканского бюджета 30 миллионов тенге на три года. Это примерно по 10 миллионов в год. Работа началась в 2014 году и должна завершиться 2016-м.

– Кому поручено составление реестра?

– Научно-исследовательскому институту радиационной медицины и экологии города Семей. В 2014 году это поручение поступило от Министерства здравоохранения и социального развития.

– Сколько человек уже внесено в реестр?

– На сегодняшний момент в НИИ поступила информация только на 1381 ликвидатора, что составляет менее 25 процентов от общего числа. Есть области, из которых не поступило ни одной карты: Актюбинская, Акмолинская, Атырауская, ЗКО, СКО и ЮКО, города Алматы и Астана. Хотя письма от НИИ с запросом были отправлены в январе-феврале. Письма, поступившие в акиматы, переадресовываются в отделы соцзащиты. Многие акиматы никак не отреагировали на письма. Остается не так много времени до завершения сбора информации о ликвидаторах. До конца этого года в реестр планируется занести 75-80 процентов всех ликвидаторов.

– С какими проблемами столкнулись составители реестра?

– Одна из главных проблем – это недостаточное финансирование данной работы. В этом году бюджет сократили с 10 миллионов тенге до 6 миллионов. Но, по моей информации, даже эти деньги институт до настоящего времени не получил. Мы постоянно поддерживаем связь с сотрудниками НИИ. Они планировали командировки в регионы, но из-за отсутствия финансирования не могут своевременно это сделать. Этот вопрос мы рассматривали на Совете АЮЛ. Мнение нашей организации таково: для успешного продолжения работы необходимо полное и своевременное финансирование со стороны минздрава. Также необходимо заложить ресурсы в областных бюджетах на качественное проведение этой работы на местах в следующем году. Мы направим наши предложения акимам областей.

В ходе работы сотрудники НИИ столкнулись с ситуациями, когда чернобыльцы неохотно предоставляли информацию или категорически отказывались это делать. Мы обратились к председателям региональных чернобыльских организаций о проведении необходимой разъяснительной работы и активном участии в организации сбора необходимой информации. Большая проблема с внесением в реестр детей умерших чернобыльцев. Необходимо завершить всю намеченную работу, иначе, мы скоро умрем, а проблемы так и останутся.

– Как в Казахстане будет отмечаться 30-летие аварии на ЧАЭС в 2016 году?

– Вопрос интересный. На сегодняшний день, наверное, правильнее его задать, как вы хотите отметить 30-летие аварии на Чернобыльской АЭС? В начале этого года мы обратились к министерству обороны, министерству здравоохранения и социального развития, к премьер-министру Республики Казахстан с предложением о разработке и принятии к 2016 году плана мероприятий в связи с 30-летием катастрофы на Чернобыльской АЭС. В него входит усиление господдержки ликвидаторов, проведения мемориальных и патриотических мероприятий регионального и республиканского масштаба. Но, до настоящего времени мы не получили положительных ответов. В мае текущего года я участвовал в Международной конференции национальных чернобыльских организаций. Там мы решили обратиться с аналогичной просьбой в ООН, в исполком стран СНГ, к главам государств. До конца июля, мы планируем обратиться к президенту нашей страны с этим вопросом. Надеемся быть услышанными.

Фёдор КОВАЛЁВ, НЖ№28, 16.07.15

Последнее изменениеПятница, 17 июля 2015 11:17
Другие материалы в этой категории: « Украинский синдром Проблемы заказывали? »
Наверх
Assembled by Nebel